ИСТОРИЯ АСЕЛЬ И МАДИНЫ

Зарина Оспанова, выпускница медиа-лагеря 2017, начала писать для нового казахстанского портала KokTeam, который затрагивает и формирует разные вопросы ЛГБТ-сообщества. 

С разрешения Зарины, мы публикуем один из ее материалов. Оригинал статьи по ссылке

***

Асель и Мадина живут вместе уже третий год. Им по тридцать лет. Они пара. Асель занимается вопросами охраны природы, Мадина занята в логистическом бизнесе. Отношения развивались стремительно: в феврале их познакомила общая подруга, а уже в мае они начали встречаться.

Мы встретились с ними в уютном семейном парке. Наша компания привлекала внимание – проходя рядом, люди с интересом разглядывали девушек. У Асель геометрические тату, а у Мадины кудрявые волосы. Девушки держат друг друга за руки и нежно обнимаются.

– Самое важное в наших отношениях – честность и откровенность, – говорит Мадина.

– И гармония…так происходит взаимный обмен, – добавляет Асель. - Мы придерживаемся равноправия и согласия. Стараемся друг друга поддержать, мотивировать и вдохновлять.

Пара планирует пожениться в Канаде, но переезжать куда-то навсегда девушки не собираются. Несмотря на то, что Асель из Восточного Казахстана, а Мадина из Закавказья, жить они хотят только в южной столице: девушки влюблены в Алматы. И тут меньше, чем “Это судьба” и не скажешь.

– Мы не любим большие компании, обычно проводим время вместе, – делятся девушки.

Отношения от семьи и близких друзей Асель не скрывает, а вот Мадина о личном распространяться не любит. В свободное время они занимаются спортом, любят ходить на культурные мероприятия вроде концертов, театра или выставок.

Позже мы встретились с ними ещё раз – в небольшой, но в уютной квартире. Дома девушки чувствовали себя спокойнее и безопаснее, чем в парке.

Про гомофобию

– Учитывая то, что мы не афишируем себя, со случаями гомофобии я лично не сталкивалась. Но я знаю, что она есть, – рассказывает Мадина.

– Был случай, когда в автобусе мне угрожал мужчина. Он кричал, требуя, чтобы меня выгнали, потому что он не может находиться рядом с человеком нетрадиционной сексуальной ориентации. В какой-то момент он начал махать кулаками и бить меня по рукам; он был в нетрезвом состоянии. Окружающие никак не отреагировали, а кондуктор лишь попросила его успокоиться. У меня был ступор, я не знала, как себя вести. Это был единственный случай открытой гомофобии, – говорит Асель.

– Гомофобия чаще встречается бытовая – когда люди начинают шутить на эту тему. Не зная ни одного гея или лесбиянку лично, они начинают сыпать стереотипами, придумывая грязные подробности, – рассказывают девушки. Судить людей в первую очередь следует по поступкам, по богатому внутреннему миру, а не шушукаться за спиной. А для этого надо узнать человека.

Про работу

– Особых проблем нет. Но, бывает, когда коллеги при тебе обсуждают гомосексуальность, к примеру, в кино, выражая при этом неприязнь. В этих случаях приходится высказывать своё мнение. А так, при трудоустройстве или деловом общении у меня проблем не возникает.

Про детей

– Детей пока не планируем. Но это не из-за того, что мы гомосексуальны, не можем или как-то навредим ребёнку. Это большая ответственность – растить детей. Некоторые рожают, так как не хотят остаться в одиночестве, а кто-то – просто потому, что так принято. А потом страдают дети.

Фото: Зарина Оспанова

Отличие от гетеро-пар

– Ничем мы не отличаемся, кроме того, что автоматически лишены многих прав. Если со мной что-нибудь случится, – рассказывает Асель, – то Мадине никто не позвонит. Никто даже не будет знать о ее существовании. Первой, может маме позвонят. Ладно, моя мама в курсе про нас, она может сообщить. А если с Мадиной что-то случится, то я не узнаю даже. Или, к примеру, на работе есть возможность оформить страховку на семью. Но я не могу включить в нее Мадину, так как по закону она мне не семья. Или даже когда мы с коллегами собираемся с парами куда-то, то я не могу прийти с Мадиной. А если нужно будет защитить свои права, то нет никаких рычагов для защиты – в законодательстве отсутствует чёткое определение дискриминации на почве сексуальной ориентации.

Про стереотипы

– Больше всего не нравится стереотип, что мы извращенцы. Мы обычные люди с обычными проблемами и радостями. Единственное отличие, что у нас однополые отношения. Но ведь это не значит, что мы хотим всех девушек без разбору. Спросите у тех же гетеро-мужчин, они же не хотят секса с каждой девушкой. У каждого свои предпочтения и вкусы, – делится Асель.

 – Часто гомосексуалов ассоциируют с педофилами – многие не видят разницы. Таким образом, люди показывают свою необразованность, – добавляет Мадина. Гомосексуальные люди - это обычные люди, которые находят привлекательными представителей своего пола. При этом все происходит в рамках закона и по обоюдному согласию. В случае же с детьми – ни о каком обоюдном согласии речь не идет, это всегда насилие!

Про гей-парады

– Несколько лет назад я случайно попала на гей-парад в Европе, – говорит Мадина. – Все шли по улице и обнимались, чувствовалась атмосфера праздника.

На вопрос о том, возможен ли в Казахстане гей-парад, девушки отвечают: «Вряд ли. В текущее время идет откат назад в культурном развитии, что возможно связано с исламизацией».

Про ЛГБТ

– Лет через 100, может быть, ЛГБТ признают в Казахстане. Если это случится через 20-30 лет, то это будет так, только ради “галочки».

Казахстанцам

Когда люди заняты делами посторонних, значит, они избегают своих проблем. Мы желаем набраться всем смелости и заняться своей жизнью. Таким образом, каждый обретёт счастье. Желаем счастья всем казахстанцам!

X